| |
[May. 14th, 2008|09:24 pm] |
Всё — стекло.
Как же я мог не видеть этого высокого неба? Да вот так, товарищ князь, не сподобились вы. А по испачканному пальцами стеклу капли. Черный, самый зловещий слой небесной мороси, сверху без всякой опоры свисает и пугает мрачной рванью. Таких густых черных не бывает. Небо не смог нарисовать человек; голубизна – пусто, тучи суть всё. Под верхней воронью средний серый, какой-то никакой, как люди. А совсем у крыш уж: никаковость с голубизной мазком вдоль черты города прошла слева направо или наоборот.
Я хотел написать, как Макар летит в Хьюстон и говорит ей, что не любит её. Так далеко отправляется, только чтобы сказать это. Она обижается и уходит. В аэропорту Хьюстона стоит памятник нефтекачалке-самолёту. Глупый бы, бездарный вышел рассказ. Сегодня пока шел и глядел снизу и медленно на деревья, думал про это. И, правильно сделав, передумал. В конечном счете в Техасе плохие и грязные пляжи.
Вот теперь все прозрачной чернотой обволокло. И дождь. Деревья пригнулись, думают и покачивают листвой, словно говорят: «Ну, а собственно что». Людей нет. Всё — стекло с отпечатками. |
|
|
| Comments: |
Интересно, тут тебе пишут, что ты славный. Я начинаю ревновать >;-]
Тебе вообще периодически пишут разные субъекты мужского рода всякие фривольности в комментариях. Знаешь, как я ревную;) | |